Характеристика основных персонажей сказок о животных
Вступление.
Сказки о животных:
а) основные группы;
б) своеобразие образа животного в сказках.
3. Поэтика сказок о животных.
4. Самые популярные герои сказок о животных.
5. Особенности образов животных:
а) волк, страшный и не очень;
б) лисичка – сестричка;
в) медведь - �всем пригнетыш�.
6. Заключение.
7. Литература.
1. Вступление.
Что представляет собой сказка? Какие бывают сказки, о чём мы можем узнать, обратившись к поистине неисчерпаемому источнику народной Традиции? То, что сказка является неотъемлемой частью культуры любого народа, никто не станет отрицать. Сказка – богатейший по своему содержанию свод информации, где причудливо переплетаются реальные и вымышленные события, персонажи, есть своя необычная поэтика, красота языка и непременно находится мораль, скрыто или явно звучащая в сказке.
Цель нашего исследования – выявить особенности образов животных в русских народных сказках.
Предметом исследования стали основные персонажи сказок о животных: лиса, волк, медведь.
Задачи исследования:
1.Познакомиться с историей народных сказок.
2.Проанализировать особенности народных сказок о животных.
3.Проанализировать образы основных персонажей сказок о животных.
В работе, выполняя поставленные задачи, мы изучили различную литературу, детально проанализировали сборник русских народных сказок.
2.Сказки о животных.
Сказки о животных — своеобразная разновидность сказочного жанра. Возникнув в глубокой древности, они отразили наблюдения над животными человека первобытного общества — охотника и зверолова, а затем и скотовода. Смысл этих сказок в те времена состоял, прежде всего, в передаче молодым людям жизненного опыта и знаний о животном мире. В начале складывались простые рассказы о животных, птицах и рыбах. Позже, с развитием художественного мышления, рассказы превратились в сказки. Так, первая группа включает в себя сказки о лисе, которая крадет рыбу из саней, и о волке у проруби; о лисе, попавшей в горшок со сметаной; известные сказки: �Битый небитого везет� (�Лиса и волк�), �Лиса-повитуха�, �Звери в яме�, �Лиса и журавль� (приглашение друг друга, в гости), �Лиса-исповедница�, �Мир у зверей�. Ко второй группе относятся сказки: �Волк в гостях у собаки�, �Старая собака и волк�, �Кот и дикие животные� (звери пугаются кота), �Волк и козлята�. К третьей группе следует причислить сказки: о мужике, медведе и лисе (мужик обманывает медведя при дележе урожая); о том, что старая хлеб-соль забывается (волк, спасенный мужиком, хочет его загрызть); о медведе —липовой ноге; о лисе, которая меняла скалочку на гусочку, гусочку на индюшечку, индюшечку на овечку. В четвертую группу входят сказки о козе лупленой, о лошади и собаке; в пятую — о журавле и цапле (несостоявшемся сватанье), о разбитом золотом яичке, о смерти петушка, подавившегося зернышком; в шестую —о лисе и раке, пустившемся вперегонки, о тереме мухи, о колобке и животных, о войне грибов, наконец, о морозе, солнце и ветре.
В сказках о животных отразились древние представления человека о природе.
На животных в сказках переносятся качества людей: ум, доброта, хитрость. Представление о том, что человек ведет свой род от животных, проявляется во многих сказочных сюжетах: рождении человека от животного, превращении человека в животное, а животного в человека. Наиболее показательна сказка �Медведь —липовая нога�. С развитием представлений человека о природе, с накоплением наблюдений в сказки входят сюжеты о победе человека над животными и о домашних животных, что было результатом их приручения. Выделение сходных особенностей у животных и человека (речь—крик, поведение—повадки) послужило основой для совмещения в образах животных их качеств с качествами человека: животные говорят и ведут себя, как люди. Это совмещение повело и к типизации характеров животных, которые стали воплощением определенных качеств: лиса —хитрости, волк —глупости и жадности, медведь —доверчивости, заяц —трусости. Так сказки приобрели иносказательный смысл: под животными стали разуметь людей определенных характеров. Образы животных стали средством морального поучения. В сказках о животных не только высмеиваются отрицательные качества (глупость, лень, болтливость), но и осуждаются угнетение слабых, жадность, обман в целях наживы.
Сказки о животных, создавая образы персонажей, в которых соединяются черты животного и человека, естественно, передают немало характерного для психологии людей. Однако едва ли есть основания считать, что во всех образах животных изображаются человеческие черты. Своеобразие образа животного в сказках как раз в том и состоит, что черты человеческие в нем никогда не вытесняют полностью черт животного.
В сказках о животных, в отличие от сказок волшебных (где роль фантастики очень велика), нет чудес, нет волшебства, хотя есть действия персонажей, не соответствующие действиям их прототипов в жизни. В сказках о животных нет мифологических мотивов и образов, а есть реалистические (в некоторой степени) фигуры животных; они резко отличаются от фантастической жар-птицы волшебных сказок: такой птицы нет в действительности, но лиса, волк, медведь, заяц — обитатели наших лесов.
Поэтика сказок о животных.
Структура сказок о животных довольно проста.
Сюжеты и образы сказок о животных имеют нередко социальный сатирический аспект. Однако следует подчеркнуть, что основной смысловой аспект сказок о животных —моральный. Это объясняется тем, что сказки о животных гораздо старше классового общества, в котором они действительно стали приобретать ясную социальную трактовку. В моральном плане можно выделить две основных идеи сказок о животных:
Прославление товарищества, благодаря которому слабые побеждают злых и сильных.
Прославление самой победы, которая приносит слушателям моральное удовлетворение.
Мирные животные, даже если они глупы, достигают победы: баран одурачивает волка, овца и лиса побеждают волка. Волк нередко глуп, но это не основная его черта: он жесток, свиреп, зол, жаден — вот основные его качества. Он съедает коня у бедного старика, вламывается в зимовье зверей и нарушает их мирную жизнь, хочет съесть козлят. Лиса хочет съесть петуха, тетерева. Если она вместе с другими зверями выступает против волка, то получает положительную оценку, если сама наносит вред другим — отрицательную.
Основой композиции служит строение сюжета. В зависимости от хода действия распределяется и весь повествовательный материал. Самая примечательная особенность строения этого типа сказок—нанизывание эпизодов. Весьма характерна для развития действия встреча животных друг с другом. �Бежала лисица по лесу, увидела на дереве тетерева...�, �Шел бык лесом, попадается ему навстречу баран...�. Но встреча обычно —лишь начало целого ряда других встреч. Весьма типична для сказок о животных так называемая цепочная структура. Петух подавился бобовым зернышком, курица бегает от одного к другому, просит помощи, пока не спасает петуха (�Бобовое зернышко�); муха построила теремок, к ней по очереди приходят разные звери: один, другой, третий... (�Теремок�). Такая же структура в сказках �Колобок� и �Коза с орехами�. Нередка в сказках трехкратность ситуаций: три раза лиса обращается к петуху и три раза к тетереву; три раза волк приходит к избушке козы. Троичность связана с появлением христианства как религии. Здесь отразилось триединство Бога - отца, Бога - сына и святого духа.
Для сказок о животных характерен яркий оптимизм: слабые всегда выходят из сложных положений. Он поддерживается комизмом многих ситуаций и юмором. В сказке �Напуганные медведь и волки� баран по совету кота пугает волков найденной на дороге волчьей головой и те разбегаются, боясь, что и у них отгрызут головы. Началу сказок свойственна конструкция �жили-были старик и старуха� (разные варианты). Соответственно этому в сказках о животных находим: �жили-были кум с кумой — волк с лисой�, �жили-были волк да лисичка�, �жили-были лиса да заяц�.
В сказках о животных диалогизм развит значительно более, нежели в сказках другого типа: он движет действие, раскрывает ситуации, показывает состояние персонажей. Широко вводятся в сказки песенки: лиса песенкой выманивает петуха, волк песенкой обманывает козлят, колобок бежит и напевает песенку: �Я по коробу скребен, по сусеку метен...�
4.Самые популярные герои сказок о животных.
Главными действующими лицами русских сказок являются лиса, волк, медведь, заяц, коза и козел, бык, лошадь, собака, ворон, петух.
Анализ сборников с русскими народными сказками позволили определить самых популярных персонажей. Обобщенные данные представлены в таблице.
лиса
40 %
волк
30 %
заяц
15 %
медведь
10 %
петух
5 %
Таким образом, часто встречающимися персонажами являются лиса, волк, заяц, медведь, петух. Первое и второе место занимают лиса и волк. Объясняется это тем, что, во-первых, с ними человеку чаще всего приходилось сталкиваться в хозяйственной деятельности; во-вторых, эти звери по величине и силе занимают в животном царстве середину; наконец, в третьих, благодаря предыдущим двум причинам, с ними человек имел возможность очень близко познакомиться.
5. Особенности образов животных.
В настоящем докладе обратим внимание на образы волка, лисы и медведя в русских народных сказках. В качестве материала исследования мы использовали трёхтомник А.Н.Афанасьева �Народные русские сказки � (1957 г.)
Так, какими же предстают волк, лиса и медведь в русских народных сказках?
Волк в народных сказках зол, жаден, прожорлив, но глуп и недогадлив; лиса часто подшучивает над ним и проводит его, но волк всякий раз снова дается ей в обман. Ни дать, ни взять – наш простой, деревенский мужичок: поверил, а его опять обманули, обсчитали, обвесили, ещё и на шею уселись – �битый небитого везёт�.
Волк в отношениях с лисой почти всегда:
– простодушен (�… Волк спал, спал, да есть захотел и на избицу побрёл. �Ахти беда! – волк завопил. – Ахти беда! Кто масло съел, толокно сзобал?� А лиса: �Волченёк-голубок! На меня не подумай�. – �Полно ты, кума! Кто подумает на тебя!..�);
– наивен и доверчив (�… Волк пошёл на реку, опустил хвост в прорубь; дело-то было зимою. Уж он сидел, сидел, целую ночь просидел, хвост его и приморозило; попробовал было приподняться: не тут-то было. �Эка, сколько рыбы привалило, и не вытащишь!� – думает он…�; Волчик беспечно уснул, а лиса побежала в ближнюю пасеку, украла сот, съела, а вощинами всего волка облепила. Проснувшись и быв изобличён, волк повинился, что он и сам не помнит, как это случилось, но после такого ясного доказательства винится и очень охотно подчиняется приговору лисички-сестрички, чтобы при первой добыче не иметь ему в ней доли, а всю уступить лисе.);
– жалостлив и больше верит словам, а не очевидности неблаговидных поступков (�…Так-то учишь ты? Меня всего исколотили!� – �Эх, куманёк, – говорит лисичка-сестричка, – у тебя хоть кровь выступила, а у меня мозг, меня больней твоего прибили; я насилу плетусь�. – �И то правда, – говорит волк, – где тебе, кумушка, уж идти; садись на меня, я тебя довезу�. Волк долго отнекивался, наконец, согласился.);
– страдает от собственной доверчивости (�…А обманутого волка с примёрзлым хвостом увидали на пруде мужики и убили его...�; �…Бабы пришли, да и убили волка, а лисичка убежала…�);
- заканчивает жизнь плачевно;
– в качестве бирюка-одиночки (�…Только что сунулся бирюк сдуру – а капкан щёлкнул и ухватил его за морду.�; �…Коза с лисою прикрыли его доскою, и бирюк сгорел…�);
– в качестве глупца (�…Так и скончал свою жизнь серый волк!�; сказка � Волк-дурень �; �…Кургузый как выскочит из-под низу да бежать! Все семеро волков попадали наземь да за ним вдогонку; нагнали и ну его рвать, только клочья летят…�);
– в качестве сотоварища медведя и лисы (Сказки �Звери в яме�; �Кот и лиса�; �Зимовье зверей�);
- иногда умнеет и отказывается иметь дело с лисой (�… Волк провёл по брюху лапою и нашёл, что оно в масле. �Что, куманёк, не стыдно ли свой грех на чужих сваливать? Отпирайся теперь, вор, а укоры-то верные�. Волк осердился, с досады и горя пустился бежать и домой не воротился. <…> Волк эту быль мне сам рассказывал и заверял, что вперёд никогда не станет жить вместе с лисою�; �Нет, лебёдушка, пошла вон из моей избы, чтоб я тебя не видал!� Лиса ушла, а волк стал по-прежнему поживать да медок запасать.).
В русских сказках о животных и в авторских баснях волк предстаёт вечно голодным, глупым и жадным. В общем, волк обычно подаётся, как ходячий желудок на четырёх ножках.
А какова лиса в русских народных сказках? В наших сказках лиса представляется зверем пронырливым, коварным, хитрым, своей хитростью берущим перевес над другими зверями, более сильными, чем она - над волком и медведем. В сказках лиса носит ряд прозвищ: кума-лиса, лисичка-сестричка, лиса-Патрикеевна, Лизавета Ивановна и т.д. Лиса почти всегда выступает в качестве:
врага волка (�Мёрзни, мёрзни, волчий хвост!�; Тогда лиса побежала в село и начала кричать: �Сюда, люди! Спешите бить волка, примёрз к ополонке!�; �Волк пошёл рубить дрова на сани, а лиса осталась пасти лошадь. От скуки она выела у лошади всю внутренность, напихала туда живых воробьёв и дырку под хвостом заткнула соломой.�; �Он не учуял, да и спрашивает: �Чего ты, кума, говорила?� – �Чтоб бог дал тебе боле рыбы-то�. Бабы пришли, да и убили волка, а лисичка убежала.�; Тут лиса сметила, что мужики на тропинке поставили капкан; она привела бирюка к самому капкану и говорит: �Ну, вот здесь целуй!� Только что сунулся бирюк сдуру – а капкан щёлкнул и ухватил его за морду.);
учителя жизни (Зело удивительно: шла лисица из дальних пустынь. Завидевши петуха на высоком древе, говорит ему ласковые словеса: �О милое мое чадо, петел! Сидишь ты на высоком древе да мыслишь ты мысли недобрые, проклятые; вы д�ржите жен помногу: кто держит десять, кто – двадцать, и́нный – тридцать, прибывает со временем до сорока! Где сойдётесь, тут и дерётесь о своих жёнах, как о наложницах. Сниди, милое мое чадо, на землю, да покайся! Я шла из дальних пустынь, не пила, не ела, много нужды претерпела; всё тебя, мое милое чадо, исповедать хотела�; �…Долго они сидели, сильно проголодались – есть-то нечего. Лиса и придумала…�; �Да покажись же ты, Петя! Полно, не верь коту. Если бы я съести хотела тебя, то давно бы съела; а то, вишь, я тебя люблю, хочу тебе свет показать, уму-разуму тебя наставить и научить, как нужно жить�);
воровки как сама по себе (�А лисичка улучила время и стала выбрасывать полегоньку из воза всё по рыбке да по рыбке, всё по рыбке да по рыбке�; �Ночью лисонька украла и барашка, а поутру требует, чтобы за него отдали ей бычка�), так и за компанию (�Настала ночь, к дверям пришла другая лиса и стучится. Волк услыхал и начал будить свою куму: �Кума! Вставай, пришли за тобой�. – �Спасибо тебе, куманёк, что разбудил; я бы проспала�. Вышла и пустила тихонько в сени свою подругу. Залезли они на подлавку, где у волка было много мёду, и съели половину кадушки.�);
обманщицы (�Я, куманёк, говорю: битый битого везёт�; �В третий раз опять так же обманула лисица волка и долизала уж весь медок�; �Лисичка стала смеяться над кумом: �Ясни, ясни на небе, мёрзни, мёрзни у волка хвост!� Он не учул, да и спрашивает: �Чего ты, кума, говорила?� – �Чтоб бог дал тебе боле рыбы-то��; Старик спрашивает: �Каково старушка?� – �Пошевеливается!� – говорит лиска, а сама доела старуху, собрала костьё и сложила в уголок и принялась месить саламату�; �Только лисица надула медведя: дала ему немного мяса, а остальное припрятала от него и ест себе потихоньку�);
манипулятора (�Эка, ведь я же наловила; ты, куманёк, ступай на реку, опусти хвост в прорубь – рыба сама на хвост нацепляется, да смотри, сиди подольше, а то не наловишь�; �Я себе построю лубяную хатку, а ты ледяную�; �Петушок, петушок! Слезь сюда, я тебя исповедаю: у тебя семьдесят жён, ты завсегда грешон�. Петух слез; она хвать его и скушал�; �Положивши лапку, лиса после долгих переговоров упросила и о другой, третьей, четвёртой, потом умолила волка иметь сострадание и к её хвосту, который так жалко волочился, и умостилась совсем в санках�; �Долго ли, коротко ли – прикинулась лисица хворою, просит кума медку принести�;
хитрой особы (�Пошла лисица в лес, яко долгий бес�):
– умеющей втираться в доверие (�Лето стало, у лисички избушка и растаяла. Пошла она к волку на фатеру проситься: �Пусти-ка, кум, меня на лесенку�. – �Нет, кума, не пущу�. – �Пусти, кум!� – �Ну, лезь инно!� Взошла кума на лестницу; как бы добраться до печки? Начала она умолять кума не вдруг, а потихоньку, помаленьку: �Пусти-ка, кум, меня на крылечко-то�. – �Нет, кума, не пущу�. – �Пусти, кум!� – �Ну, лезь инно!� Взошла на крыльцо: Пусти-ка, кум, меня в сенцы-те�. – �Нет, кума, не пущу�. – �Пусти, кум!� – �Ну, лезь инно!�);
– не способной к благодарности за помощь в трудное время (�Лиса попросилась у зайчика погреться, да зайчика-то и выгнала�);
– считающей себя выше тех, кто с ней общается (Она выпрыгнула из саней и закричала: �Оставайтесь, дураки!�, а сама ушла; Лисичка стала смеяться над кумом: �Ясни, ясни на небе, мёрзни, мёрзни у волка хвост!�);
– изобретательной в умении обманывать (�Ну, хорошо! – говорит лисица. – Давай ляжем на солнышке, у кого вытопится мёд, тот и виноват�. Пошли, легли. Лисице не спится, а серый волк храпит во всю пасть. Глядь-поглядь, у кумы-то и показался медок; она ну-тко скорее перемазывать его на волка. �Кум, кум, – толкает волка , – это что? Вот кто съел!� И волк, нечего делать, повинился; Волк уснул, а у лисички выпреглось масло; она им и вымазала кума. Пробудился волк, лисичка ему и говорит: �Ведь ты, кум съел!� Он говорит: �Нет – ты, кума!� Спорили да спорили и не могли переспорить один другого…)
– не чуждой к использованию магии (Вот он хлеба каталажку наклал и отправился ловить сельдей, как кума его учила. Пришёл он к реке, упустил в воду хвост, да и держит, а лиса в то же время молит: �На небе ясни, ясни! У волка хвост мёрзни, мёрзни!� И вот треснул мороз, что у волка хвост замёрз. Пришли поповы дочки и волка кичигой зашибли, да из шкуры себе шубы сшили! А лиса осталась одна жить, и теперя живёт, и нас переживёт);
– чрезвычайно мстительной (�Изволь, куманёк! Возьми ведро, привяжи к хвосту, да и опусти в прорубь: рыба и найдёт к тебе, сама в ведро; только ты часа два посиди у проруби!� Волк так и сделал; но только часа через два хвост-то у него примёрз к проруби, так что он, как ни старался, – оторвать его не мог. Поутру пришли мужики и убили его.
Пришла лиса к медведю в берлогу и выпросилась перезимовать у него. На зиму запаслась она цыплятами, положила их под себя и ела понемножку. Медведь однажды и спрашивает: �Что ты, кумушка, ешь?� – �Да что, куманёк, изо лба кишочки таскаю да и кушаю�. – �И сладко?� – спрашивает медведь. �Сладко, куманёк�. — �Дай-ка попробовать!� Она ему дала немного курятинки. Облакомился Мишка и ну тискать себе изо лба кишочки, до тех пор надрывался, пока не околел. А лисица этому и рада. Ей и пищи на целый год, и мягкая постель, и теплая конура).
Судя по характеристикам лисы в русских народных сказках (враждебно настроенной к волку, поучающей, склонной к воровству, обману и манипуляциям, хитрой и изобретательной в обмане, умеющей втираться в доверие, считающей себя выше тех, кто с ней рядом, несоразмерно мстительной особы), она вовсе не герой для русского народа: её качества вызывают у него отвращение. Вряд ли поэтому объективными и истинными представляются следующие слова В.Я.Проппа: �Слабая лисичка обманывает сильного, но глупого волка и выходит победительницей из всех бед�.
И волк и лиса выступают в сказках с резко определенными чертами. Гораздо менее определенным образом является медведь: отличительная черта его - недогадливость. Что же говорится о медведе в русских народных сказках? Он олицетворяет грубую силу, обладает властью над другими животными. В сказках его нередко называют �всем пригнетыш�.
Медведь:
иногда великодушен к тем, кто находится на грани жизни и смерти: �Собака ушла в лес и легла под дерево издыхать. Вдруг идёт медведь и спрашивает: �…А что, кобель, хочется тебе есть?� – �Ещё как хочется-то!� – �Ну, пойдём со мною; я тебя накормлю�. …Попадается им навстречу жеребец… Вот медведь схватил жеребца за брюхо; жеребец упал наземь. Медведь разорвал его и говорит: �Ну, кобель, ешь сколько угодно. А как приберёшь всё, приходи ко мне�;
не воздержан во хмелю до неприятностей: �Кобель видит, что гости и хозяева порядком перепились, и ну угощать приятеля. Медведь выпил стакан, другой, и поразобрало его. Гости затянули песни, и медведю захотелось, стал свою заводить; а кобель уговаривает: �Не пой, а то беда будет�. Куды! Медведь не утихает, а всё громче заводит свою песню. Гости услыхали вой, похватали колья и давай бить медведя; он вырвался да бежать, еле-еле жив уплёлся�;
доверчив к обманутым им ранее хитрецам до смерти: �Мужик принялся рубить; глядь – ан медведь бежит и мужику кричит: �Эй, старик! Что это за крик?� Мужик говорит: � Волков ловят да медведей�. – �Ох, мужичок, положи меня в сани, закидай дровами да увяжи верёвкой; авось подумают, что колода лежит�. Мужик положил его в сани, увязал верёвкою и давай обухом гвоздить его в голову, пока медведь совсем окочурился�;
просто глуп: �Что ты, кумушка, ешь?� – �Да что, куманёк, изо лба кишочки таскаю да и кушаю�. – �И сладко?� – спрашивает медведь. �Сладко, куманёк�. – �Дай-ка попробовать!� – Она ему дала немного курятинки. Облакомился Мишка и ну тискать себе изо лба кишочки, до тех пор надрывался, пока не околел. А лисица этому и рада. Ей и пищи на целый год, и мягкая постель, и тёплая конура�; �Только лисица надула медведя: дала ему немного мяса, а остальное припрятала от него и ест себе потихоньку. Вот медведь начинает опять голодать и говорит: �Кума, кума, где ты берёшь себе еду?� – �Экой ты, кум! Ты возьми-ка просунь себе лапу в рёбра, зацепись за ребро – так и узнаешь, как есть�. Медведь так и сделал, зацепил себя лапой за ребро, да и околел�; �Медведь, лиса, слепень и мужик; �Зимовье зверей�);
хитёр, если есть возможность что-то своровать: �Медведь с досады перестал ходить по задам, а подойдёт под окно к старухиной избе и запоёт песню: �Скрипи-скрипи, скрипка, на липовой ножке! И вода-то спит, и земля-то спит; одна бабушка не спит, свою шёрстку прядёт!� Выйдет старуха за ворота посмотреть – кто так хорошо поёт, а медведь шасть назад к плетню, стибрит овцу и уйдёт в лес. Так-то всех овец и перетаскал�;
часто бывает обманут лисой: �Всех – и курочку, и гуська, и барашка, и бычка – она передушила, мясо припрятала, а шкуру бычка набила соломой и поставила на дороге. Идёт медведь с волком, а лиса говорит: �Подите, украдите сани да поедемте кататься�. Вот они украли и сани, и хомут, впрягли бычка, сели все в сани; лиса стала править и кричит: �Шню, шню, бычок, соломенный бочок! Сани чужие, хомут не свой, погоняй – не стой!� Бычок нейдёт. Она выпрыгнула из саней и закричала: �Оставайтесь, дураки!�, а сама ушла�;
иногда вступает с волком и зайцем во временный союз против лисы: �Все вы ничего не смыслите! Пойду уж сама�, – говорит лисица. Пока она ходила, медведь с волком и съели лошадь, а в шкуру лошадиную набили моху и опять запрягли как бы живую лошадь. Лисица выбрала славную оглобельку; приходит к телеге, а уж на ней нет ни медведя, ни волка, ни зайца�;
достаточно трусоват по отношению к тем, кто кажется сильнее: �Зайчик опять идёт да плачет. Ему навстречу медведь: �О чём, зайчик, плачешь?� А зайчик говорит: �Отстань, медведь! Как мне не плакать? Была у меня избёнка лубяная, а у лисы ледяная; попросилась она ко мне, да меня и выгнала�. – �Не плачь, зайчик! – говорит медведь. – Я выгоню её�. – �Нет, не выгонишь! Собаки гнали – не выгнали, и ты не выгонишь�. �Нет, выгоню!� Пошли гнать: �Поди, лиса, вон!� А она с печи: �Как выскочу, как выпрыгну, пойдут клочки по закоулочкам!� Медведь испугался и ушёл�; � Волк вскочил, да давай бог ноги, и был таков. А кот сам испугался и бросился прямо на дерево, где медведь сидел. �Ну, – думает медведь, – увидал меня!� Слезать-то некогда, вот он положился на божью волю да как шмякнется с дерева оземь, все печёнки отбил; вскочил – да бежать!�;
ничего не понимает в сельском хозяйстве: �Посеял мужик с медведем вместе репу, и родилась репа добрая. Медведь мужику сказал: �Твои коренья, а мои верхушки�. Мужик всю зиму ел, а медведь с голоду помирал. На другой год медведь сказал мужику: �Давай сеять пшеницу�. Пшеница родилась добрая. �Теперь ты бери верхушки, – сказал медведь мужику, – а мои коренья�. Мужик всю зиму ел, а медведь едва с голоду не помер�;
выступает по отношению к окружающим как страшная, агрессивная сила: �Пахал мужик ниву, пришёл к нему медведь и говорит ему: �Мужик, я тебя сломаю!� �Ну, мужик, – говорит медведь, – я теперь на тебя сердит, съем тебя!� Мужик отошёл и заплакал�; Сел на кувшин и всех раздавил�;
по отношению к мужику выступает в качестве:
– хозяина, которому тот беспрекословно должен подчиняться: �Быть так, – сказал медведь, – а коли обманешь – так в лес по дрова ко мне хоть не езди!�; �Теперь не езжай ко мне по дрова, а то задеру!� Мужик воротился из города и боится ехать в лес�;
– субъекта, которого мужику можно и нужно обманывать: �Нет, не замай (не трогай); я вот сею репу, себе возьму хоть корешки, а тебе отдам вершки�. �Быть так, – сказал медведь, – а коли обманешь – так в лес по дрова ко мне хоть не езди!� Сказал и ушёл в дуброву. Пришло время: мужик репу копает, а медведь из дубровы вылезает. �Ну, мужик, давай делить!� – �Ладно, медведюшка! Давай я привезу тебе вершки�, – и отвёз ему воз ботвы. Медведь остался доволен честным разделом�.
Кого же именно русские люди воспринимают в качестве хозяйничающей по жизни страшной, агрессивной, иногда великодушной силы, ничего не понимающей в сельском хозяйстве, в значительной степени трусоватой и вороватой, которую можно и нужно обманывать? Так нам представляется образ медведя в русских народных сказках, ассоциируется с образом начальника (не случайно – Михаила Потапыча Топтыгина). Именно начальников русские люди чаще всего воспринимают как глупую, агрессивную, страшную (и одновременно трусоватую) силу, которую можно и нужно обманывать. Медведь, как свидетельствуют русские народные сказки – начальник леса, Жизни…
6. Заключение
Сказки – самые древние творения человеческого духа. Сказка – один из популярных и любимых жанров в фольклоре и литературе.
Мы ещё не умели ходить, но уже слышали от наших мам и бабушек сказки.
Сколько же сказок уже услышано и прочитано нами с раннего детства! Русских и английских, французских и польских, датских, шведских и испанских. И нет среди них таких, которые бы нам не нравились. Бывали сказки, похожие друг на друга и не похожие, бывали весёлые и грустные, длинные и короткие. А вот скучные и глупые не попадались никогда!
Повзрослев, мы читаем сказки сами и будем их читать и изучать ещё долго. А, читая, всегда погружаемся в их фантастический, волшебный и одновременно такой живой и реальный мир. Каждый сказочный образ оживает в воображении ярче, чем кадры кино или телевидения. И это не случайно. Ведь сказка – совершенное произведение народного духа, оттачивается веками или даже тысячелетиями.
Любое внутреннее движение сказки, любой её герой, любое слово в предложении множество раз взвешивались и выверялись прежде, чем стать такими, какими мы их видим сейчас.
В сказке нет ничего лишнего. Всё на своём необходимом, точно пригнанном месте. И поэтому сказка вечна.
Сказку понимают решительно все. Она беспрепятственно переходит все языковые границы, от одного народа к другому, и сохраняется в живом виде тысячелетиями.
Форма сказки, компактная, ёмкая, и манера изложения сказки, неназидательная, с виду такая незатейливая.
Справедливость, которой так не хватает в жизни, почти всегда торжествует в сказках.
Сказки – одна из наиболее богатых и ярких форм народного творчества. Сказка – вечно ищущая правды и справедливости, любви и счастья душа народа, воплощённая в слове.
На изученном материале видно, что поставленные перед нами цели и задачи были решены, на все интересующие нас вопросы мы получили ответы. И животные – герои сказок – напоминают и своей речью, и поведением людей. Иначе и быть не может, так как сказка всегда была отражением народной жизни.
Пока существует человечество, оно нуждается в мечте, а, следовательно, ему не обойтись без сказки, которая вдохновляет, подаёт надежду, забавляет и утешает.
7. Литература.
Народные русские сказки А.Н.Афанасьева: В 3-х т. – Т. I. – М.: ГИХЛ, 1957. – 516 с.
Пропп В.Я. Предисловие // Народные русские сказки А.Н.Афанасьева: В 3-х т. Т. I. М.: ГИХЛ, 1957. С. III-XYI.