Язык издания: русский
Периодичность: ежедневно
Вид издания: сборник
Версия издания: электронное сетевое
Публикация: «Кодекс чести. Обычаи и традиции народов Кавказа»
Автор: Артёменко Любовь Владимировна Владимировна
Периодичность: ежедневно
Вид издания: сборник
Версия издания: электронное сетевое
Публикация: «Кодекс чести. Обычаи и традиции народов Кавказа»
Автор: Артёменко Любовь Владимировна Владимировна
Научно-исследовательская работа «Этнография» на тему: «Кодекс чести. Обычаи и традиции абазин» ОглавлениеВведение..............................................................................................................................3Основная часть1. Религиозные верования абазин...................................................................................4-52. Обряды свадебного цикла...........................................................................................5-73. Обряды поминально-похоронного цикла...................................................................74. Рождение ребенка.........................................................................................................85. Гостеприимство................…........................................................................................86. Основные занятия абазин............................................................................................8-107. Общественные и семейные отношения......................................................................10-118. Традиционная одежда..................................................................................................11Заключение.........................................................................................................................18Список использованной литературы................................................................................19ВведениеАктуальность темы исследования: Выбор темы исследовательской работы можно обосновать тем, что, во-первых, изучение этнокультурного пространства народа обеспечивает передачу социально-культурных ценностей, норм поведения языка и т. д. новому поколению; во-вторых, традиционная культура этноса как фактор социализации подрастающего поколения обладает значительным воспитательным потенциалом; в-третьих, этническая культурная традиция абазин постулирует тот очевидный факт, что социальные институты способствуют формированию этнического самосознания.Изучение основных вопросов этикетных норм культуры общения позволяет наиболее полно осветить особенности этнической и культурной истории абазин, сконцентрировать внимание на оптимальных способах освоения их богатого культурного наследия. Необходимость такого рода исследования обусловлена и другой, весьма значимой на сегодняшний день проблемой: знание истории народа, его традиционной бытовой нормативной системы, безусловно, оказывает позитивное влияние на этнокультурные контакты с другими народами, что особенно важно для многонационального северокавказского региона.Цели и задачи исследования: 1) изучить обычаи и традиции абазинского народа; 2) углубить и расширить знания обрядовой культуры абазин.Предмет исследования: обрядовая культура и традиционный этикет абазин.Методы исследования: подбор и поиск необходимого материала; анализ материала; подведение результатов.Практическая значимость исследования: мою работу можно использовать на классных часах, на внеклассных мероприятиях.Основная частьАбази́ны (абаз. Аба́за) — один из древнейших коренных народов Кавказа, принадлежащий к группе абхазо-адыгских народов. Многие народы, в различных странах мира (Турция, Иордания, Сирия, США, и др.) знают абазин под термином "черкес", и часто упоминают абазин именно, как черкесов.Абазины относятся к пятигорскому миксу кавкасионской расы, характеризуются средним ростом, карими, серыми и голубыми глазами, развитым волосяным покровом. 1. Религиозные верования абазин.В настоящее время абазины исповедуют ислам суннитского толка, однако в этнической памяти и в литературных источниках сохранились данные о ранних формах религии абазин, наиболее древней из которых являлось язычество.В средние века абазины, по словам Эвлия Челеби, так же, как и черкесы, хоронили своих умерших в «сундуках», то есть колодах. Иногда эти колоды подвешивались на дерево. Очевидно, это было связано с какими -то исключительными случаями, подобно тому, как у черкесов на дерево подвешивались гробы с убитыми молнией. Древний абазинский обряд трупосожжения после XIV в. уже не практиковался. Длительное время проживая в условиях компактного иноэтничного окружения, абазины заимствовали у черкесов погребальный обряд; с принятием мусульманства в XVII-XVIII вв. они так же, как и черкесы, стали хоронить своих умерших по мусульманскому обряду.Язычество, как известно, представляет собой веру в магическую силу талисманов и фетишей, в различных духов, поклонение и жертвоприношение деревьям, скалам, небесным светилам, родовым святилищам и т. д. У абазин сложилась целая система космогонических представлений, которая характеризуется солярными и грозовыми божествами. С верой в солярное божество-покровителя связано и появление представления у абазин о главном в мифологической иерархии божестве «Анчва», который, по их мнению, является творцом и покровителем всей Вселенной. Помимо «Анчва», у абазин наблюдался целый пантеон покровителей-божеств: «Ажвейпшва» – покровитель лесов и диких зверей, которому охотники приносили жертву перед отправлением на охоту; «Айтар» – покровитель домашнего скота; «Джьаджьа» – богиня плодородия, посевоа; «Гвында» – покровительница пчёл и пасек; «Швашвы» – покровитель кузнечного ремесла; «Ерыш» – покровительница ткацкого ремесла; «Дзиуара» – покровительница воды и дождя; «Афы» – покровитель грома и молнии. Из всех перечисленных божеств в этнической памяти более всего сохранились Анчва, Дзиуара и Афы.Схожесть пантеона абхазских божеств с абазинскими позволяет сделать вывод о единой системе религиозных верований этих народов.По представлениям абазин, в прошлом окружающая природа была населена всевозможными духами (уыд, алмасты, шайтан, абнагIв, пчагIв), которые могли вредить человеку, или могли быть задобрены, и в этом случае помогали ему.Анимистические представления у абазин, как и у подавляющего большинства кавказских народов, сохраняли архаические культы и магические обряды.В период засухи и неурожая абазины исполняли обряд вызывания дождя при помощи деревянной куклы, одетой в женскую одежду («дзиуара»). В этом магическом обряде «моления дождя» принимали участие дети, очень редко – женщины; процессия сопровождалась ритуальными песнями, отложившимися в абазинском фольклоре. Данный обряд сохраняется до настоящего времени, хотя форма его проведения существенно трансформировалась. Связанный непосредственно с земледельческим культом, он имеет многочисленные параллели у народов Кавказа.Наиболее часто применяемым из обрядов абазин был «дадрыпш» или же «чIапщара» от адыгского «чапш» (кабард.-черкес. – "щIэпщ"), суть которого заключалась в том, что молодежь из родного и соседних аулов устраивала у постели больного или раненого различные игры шуточного характера, пела, танцевала, словом, делала все для того, чтобы не дать больному заснуть, так как сон, по суеверию, привёл бы его к смерти. Этнографы фиксируют аналогичный обряд и у адыгских народов.Процесс христианизации абазинских обществ был достаточно длительным и был следствием миссионерской деятельности. Абазины, жившие в верховьях Кубани и Зеленчука, почитали верхнекубанские храмы, в частности Хумаринский (Шоанинский). Сохранились христианские памятники того времени – каменные кресты, плиты и др. на Урупе, Кяфаре, Бежгоне. По данным археологических исследований, в некоторых могильниках, например, в Ново-Кувинском, датируемом ХIII-ХIV веками, руки погребенных уже скрещивали на груди, что свидетельствует о погребении по христианским обрядам. Но и христианство у абазин не было последовательным: в большинстве могильников, погребение носило языческий характер.К началу ХVII в. относится проникновение ислама в привилегированные слои северокавказских народов, в том числе и абазин. Несмотря на принятие мусульманства, в верованиях абазин сохранялись языческие представления и обряды, то есть мусульманские каноны тесно переплетались с элементами традиционных верований и христианством.Исламизация абазинских обществ носила, бесспорно, принудительный характер, вследствие чего у абазин еще длительное время фиксировалась синкретическая культурная идентичность.В настоящее время реализация коммуникативных функций ислама у абазин проявляется в таких сторонах соционормативной культуры, как семейно-бытовая обрядность, соблюдение похоронно-поминальных обрядов, соблюдение мусульманского поста – уразы (урычра). Из религиозных праздников самым значимым считается праздник окончания уразы и Курбан-байрам. По окончании уразы устраивается трехдневный праздник разговения (гIид), сопровождаемый культовыми обрядами.2. Обряды свадебного цикла. Практиковались две формы заключения брака: по сговору и умыканием. В роли сватов выступали близкие родственники жениха и невесты, которые вели переговоры о браке. Сватов встречали радушно, однако родители невесты сразу ответ не давали, соблюдая правила приличия. При сватовстве оговаривался размер калыма, а также срок увоза невесты. Этот срок прямо зависел от возможности родителей жениха выплатить калым или его часть, а родители невесты должны были подготовить свадебную одежду и подарки родственникам мужа. Калым состоял из двух частей: одну посылали родителям девушки, а другая оставалась у нее и служила обеспечением на случай развода или вдовства.Увод невесты из родительского дома осуществлялся в сопровождении свиты родственников жениха и его близких друзей. После короткого угощения гости изъявляли желание уехать вместе с невестой, однако родственники девушки изобретали целый ряд препятствий, за преодоление которых требовали выкуп. Первый выкуп платили за то, чтобы невеста встала, второй – за вывод невесты из ее девичьей комнаты, где она находилась в кольце родственников. Наконец, заплатив выкуп родственникам невесты за открытие ворот и жителям аула – чтобы не преграждали дорогу, свита увозила девушку. Родители невесты отправляли с ней молодого родственника, который находился рядом до конца свадьбы. Жених до свадьбы тоже был у кого-нибудь из близких друзей. Со дня прибытия невесты и до свадьбы проходило около месяца. В этот период она жила в доме одного из родственников жениха.Родители невесты не принимали участия в свадьбе ни расходами, ни присутствием.День свадьбы объявляли заранее и приглашали всех родственников. На крыше дома, где проходило свадебное торжество, вывешивали флаг. За невестой ехали на тачанках, стреляли из ружей.Невесту вводили в дом под звук особой мелодии. Под ее ноги бросали овечью шкуру, монеты и сладости. Потом ее вели в комнату свекрови, где пожилая родственница мазала ей губы смесью меда и топленого масла, желала невесте сладкой жизни в новой семье. Другая женщина, известная своей многодетностью, заново завязывала невесте пояс. Этот магический прием был направлен на предотвращение бездетности.Затем невесту уводили в приготовленную для нее комнату и оставляли за занавеской, где она могла сесть. При невесте постоянно находились две девушки, которые выполняли все ее желания. Через две недели они могли уйти домой, получив подарки.Жених не принимал участия ни в самой свадьбе, ни в свадебных приготовлениях. Новобрачную он посещал на следующий день после свадебных торжеств в сопровождении друга, который охранял покой молодых. До рассвета жених снова должен был уйти из дома. Через неделю устраивали обряд возвращения новобрачного домой. С этого дня жених не покидал дом, но в дневные часы старался не попадаться на глаза родителям и старшим родственникам.На следующий день после свадьбы совершался обряд открывания лица невесты, которое было закрыто шелковым платком. Это поручалось хозяйке дома, где находился жених.Обряд знакомства свекрови с невестой совершался на второй день свадьбы. Знакомство сопровождалось бросанием на пол мелких предметов. Считалось, что если невеста увидит брошенные предметы и поднимет их, то она будет аккуратной хозяйкой, а если нет, то неряшливой и безалаберной. Здесь же происходило знакомство невесты с женщинами семьи жениха.Обряд завершался обоюдным преподнесением подарков невесты и свекрови. Знакомство со свекром и снятие запрета на разговор с ним происходили через 5 – 10 дней. Иногда невестка вообще не разговаривала со свекром.К концу первого года замужества молодой разрешали посетить дом ее родителей. Первое посещение носило торжественный характер. В доме родителей молодая оставалась около месяца. Затем за ней приезжали родственники мужа и забирали домой. Невестка везла с собой приданое.3. Обряды поминально-похоронного цикла.Современная поминально-погребальная обрядность абазин сохраняет традиционные мусульманские каноны и нормы, что подтверждает тезис о консервации религиозных воззрений у абазин; вместе с тем в похоронном цикле обнаруживаются и некоторые домусульманские черты, прежде всего, связанные с космогоническими представлениями этноса.В предпохоронный период в прошлом, как и в настоящее время, осуществлялась материальная помощь семье умершего. В ХIХ в. она носила натуральный характер (родственники и друзья умершего приносили в основном продукты питания). Позднее помощь стали оказывать деньгами. Покойного оплакивали только женщины.Сегодня, как и прежде, о смерти человека первыми ставят в известность эфенди и муэдзина. Эфенди руководит всеми религиозными обрядами, связанными с похоронами. По правилам шариата, покойного необходимо предать земле по возможности как можно раньше. Вечером третьего дня после похорон ворота дома покойного закрываются.Похороны сопровождаются устоявшимися традициями, в том числе трехдневной предрассветной молитвой над могилой покойного; ритуальной раздачей лакумов и сладостей в течение первых сорока дней; организацией и проведением поминок по истечении недели (чгIвычащтIыхра), на сороковой или на пятьдесят второй день (псхъвы), по истечении года (сквшы хатым) и др.В течение первых трёх траурных дней в доме умершего запрещается готовить пищу. Членов семьи умершего, а также всех прибывших из других аулов кормят соседи, которые три раза в день приносят еду – «гвынадзара» или «чIвыуарахъв» (от чIвыуара – плакать, и хъв – пища).В течение года на весь быт семьи покойного налагались определенные запреты. Наиболее близкие родственники в этот период времени носили траур: одевались в одежду преимущественно тёмного цвета и обязательно носили головные уборы. Мужчины при этом отпускали бороду, а женщины не пользовались косметикой. Носившие траур все это время избегали каких бы то ни было увеселений. Траур снимали с разрешения старших родственников, и делал это обычно кто-нибудь из соседей. Снятие траура приурочивали к определенному событию.В современном похоронно-поминальном цикле абазин, как и у других народов Кавказа, сохраняются такие традиционные моменты, как оплакивание, поминальная трапеза, соблюдение поминальных дней и т. д. Вместе с тем время внесло в традиционные похоронные обряды некоторые негативные элементы: в последние годы похороны, вне зависимости от благосостояния родственников умершего, стали сопровождаться пышными многократными поминками.4. Рождение ребенка.Важным событием в абазинской семье считалось рождение ребенка. Соблюдался ряд запретов. Беременная женщина не должна была видеть лягушек (иначе родится пучеглазый ребенок), змей (родится бесхребетный), зайца (у ребенка будут длинные уши). На последних месяцах беременности женщине запрещали посещать похороны и поминки. Существовали пищевые запреты: нельзя было есть куриный желудок (у ребенка будут синие губы), язык (ребенок будет болтливым), мед (будет страдать слюноотделением). С момента шевеления плода матери запрещалось обрабатывать шерсть и шить. Нужно было смотреть на веник, что якобы гарантировало ребенку красивую внешность.Для облегчения родов использовали магические приемы: в доме, где находилась роженица, открывали все замки, раскрывали ножницы, женщины расслабляли или снимали пояса, роженице расплетали волосы. При тяжких родах во дворе стреляли из ружья, так как считали, что звук выстрела испугает роженицу, и она быстрее родит.По поверьям абазин, самое первое время после родов считалось наиболее опасным для роженицы и ребенка. Чтобы отогнать злых духов, в течение семи дней окуривали серой помещение, где находилась мать. Через десять дней ребенку шили первую рубаху. В этот же день совершали обряд первого укладывания ребенка в колыбель, которую первенцу дарил дед со стороны матери. Перед тем как уложить ребенка, в колыбель клали кошку и произносили заклинание: «Спи сладко и спокойно, как кошка». С обрядом первого укладывания мальчика связывалось примирение враждующих семей. К этому обряду приурочивали и наречение имени. Первенцу чаще всего имя давал дядя со стороны матери. Наречение обязательно сопровождалось подарком ребенку. Девочке дарили набор для женского рукоделия, мальчику – коня, седло, мужской пояс, уздечку.5. Гостеприимство.Кто хоть однажды побывал в Карачаево-Черкесской Республике, никогда не забудет гостеприимства абазинского народа. «Заходи, гостем будешь!» – отвечают здесь на простое приветствие прохожему. Да и приглашение вовсе не обязательно. Любой человек может постучаться в первый попавшийся дом, и его с радостью и радушием примут. Гость может появиться утром, в обед, вечером и даже ночью и всегда будет желанен для любой семьи. Ведь абазины считают, что с ним приходит счастье. Хорошо накормить путника было святой обязанностью каждого хозяина. Поэтому даже во время обычного семейного обеда или ужина абазины всегда оставляли отдельную порцию, ведь в любой момент к ним мог заглянуть сосед, родственник или посторонний человек. Если приходил редкий и важный гость, то на стол ставилось все, что было в доме, так как считалось некультурным спрашивать, что именно он будет есть.Национальные блюда абазинской кухни очень вкусные и питательные, поэтому весьма популярны и у других народов Кавказа. Например, дзырдза – соус из курятины, который принято есть с бастой из кукурузной крупы (мамалыгой), является любимым кушаньем многих жителей соседних республик.6. Основные занятия абазин.Древнейшим видом хозяйственной деятельности абазин была охота. Об этом свидетельствует широкое распространение и яркость культа охотничьего божества в прошлом. Еще на рубеже XVIII и XIX вв. видную роль в абазинском экспорте занимали меха. Не менее древним занятием было собирание меда диких пчел, позже развившееся в пчеловодство. Мед и воск принадлежали к числу наиболее важных продуктов, поступавших на внешний рынок в XIX в. В 1812 г. абазины добились согласия царской администрации приобретать казенную соль в обмен (за неимением денег) на мед и воск из расчета 1 пуд меда за 4 пуда соли и 1 пуд воска за 10 пудов соли.Однако эти древние виды занятий задолго до XIX в. стали подсобными отраслями хозяйства, уступив первенство отгонному скотоводству, которое сохранило свое значение вплоть до Октябрьской революции. Разводили овец, коз, коров, буйволов, лошадей и ослов. До принятия ислама широко было распространено свиноводство. Занимались также птицеводством.Земледелие в качестве подсобного занятия укоренилось у абазин столь же давно, как и скотоводство. Главными сельскохозяйственными культурами были просо, рожь, а также тыква и другие овощи.Из проса приготовлялись крутая каша (быста), заменявшая хлеб, а также печеный на сковороде хлеб (мгял). Ржаной хлеб — чаква (ч!ахъва) стали выпекать гораздо позже. Кукуруза появилась лишь в XVIII в., а пшеница и картофель культивируются только со второй половины XIX в. Хотя и существует сообщение о том, что кумские тапантовцы в начале XIX в. продавали свой хлеб в городе, но, очевидно, сбыт хлеба на сторону мог иметь чисто эпизодический характер, так как обычно его не хватало.У всех абазинюких племен под пашни отводилась лишь небольшая площадь земли и само земледелие находилось на низком уровне. Земля вспахивалась тяжелым деревянным плугом (к1ватан) с железным лемехом; этот плуг должны были тащить четыре пары быков. Борона (жжвага) из веток, связанных наподобие метлы, не столько боронила, сколько подметала. Урожай проса снимался серпом (хщрып), а рожь и сено — прямой обоюдоострой косой (тшбыг). Скошенные рожь и сено сгребались вилами (хъвынч1вы). О примитивности земледельческой техники можно судить и по тому, что у абазин не было даже такого архаического орудия молотьбы, как молотильная доска, в прошлом широ ко распространенная на Кавказе. Молотьба производилась с помощью быков, которых гоняли по кругу, и они ногами вытаптывали из колосьев зерна. Веяли при помощи деревянной лопаты (чвыргъва), а мололи на ручной мельнице (луы). Для проса существовали деревянные просорушки (хърыг1вра). Никаких удобрений или искусственного орошения абазины не знали.Подсобную роль играли у абазин производство бурок, войлоков, грубого сукна и выделка кож. Все это существовало в качестве домашних промыслов, предназначенных преимущественно для удовлетворения собственных потребностей, а также потребностей феодальной знати, и лишь изредка часть продукции поступала на рынок.Единственным занятием, поддявшимся до положения настоящего ремесла, было кузнечное дело. Кузнецы изготовляли косы, серпы, лемехи, ножи, иногда — оружие. Профессия кузнеца была окружена большим почетом, а кузница служила даже объектом религиозного поклонения.Меновые отношения уже давно стали подтачивать натуральный характер абазинского хозяйства. В конце XVIII — первой половине XIX в. предметами сбыта на внешний рынок являлись рабы, скот, шерсть, бурки, грубое сукно, кожи, меха, масло, мед, воск, щетина и свиные кожи. Покупателями абазинских товаров были соседние кавказские народы. Предметами ввоза служили преимущественно железо, оружие, соль и дешевые ткани. Существовал и внутренний обмен между горскими абазинскими племенами и племенами, обитавшими на плоскости (равнине). Горцы снабжали жителей равнины фруктами и медом в обмен па хлеб, соль и рабов. Стоимость товаров приравнивалась к стоимости быков и рабов. Абазины не имели еще в то время своих торговцев, роль которых играли турки, горские евреи и, в особенности, армяне. Однако социально-экономическое расслоение в абазинском обществе ощущалось достаточно резко. В то время как князья Лоовы, Трамовы и другие имели тысячи лошадей и другого скота, многие крестьяне были вовсе безлошадными и выходили на войну пешими.7. Общественные и семейные отношения. Разделение абазин на сословно-классовые группы произошло еще до их переселения на Северный Кавказ. Это подтверждается сословной терминологией: названия абазинских сословий в подавляющем большинстве совпадают с абхазскими или же напоминают их. Как бы то ни было, но к XIX в. среди абазин уже существовало четкое классовое разделение. Феодальные отношения, хотя они и не ] годностью вытеснили родовые порядки, были уже господствующими. Существовало сложное сословное деление с четко очерченными правами и обязанностями каждого сословия. Самым бесправным было положение раба — унавы (увнаувы), т. е. «домашнего человека». Унавы не имел права обладать собственностью; все, что было у него и на нем, принадлежало хозяину, как и сам унавы. Унавы происходили из военнопленных. Рабыня (псаз) постоянно находилась при своей госпоже; на ней лежала вся женская работа в доме.Если господин -сажал раба на землю и тот обзаводился некоторым собственным имуществом, то его именовали лыгом. Лыг по сравнению с унавы пользовался некоторыми правами. Так, унавы можно было продавать без семьи, а лыга лишь вместе с его семьей. Лыг имел собственные средства производства, которыми он обрабатывал хозяйское поле. По существу лыг соответствовал крепостному. Собранный лыгом урожай делился следующим образом: часть шла на семена, часть — на прокормление в будущем году табунщиков, пчельников и пр., часть — для приема гостей владельца лыга и, наконец, часть (десятина) — отдавалась в пользу духовенства. Остаток делился поровну между всеми членами семейства владельца (вместе с его рабами и рабынями) и семьей самого лыга. После стрижки овец лыг должен был отдать своему владельцу всю шерсть с баранов, овечью шерсть на одну бурку, лучшую белую шерсть на одну черкеску, а оставшаяся делилась между лыгом и его господином опять-таки по числу членов их семейств. Если лыгу удавалось что-либо заработать на стороне, то он отдавал половину своего заработка хозяину, а если при этом лыг пользовался каким-нибудь принадлежащим ему инструментом, то отдавал две трети. При выдаче дочери замуж лыг получал лишь одну пятнадцатую часть калыма, остальное брал себе его владелец.Получивший освобождение лыг переходил в сословие азатов или вольноотпущенников. Азат оставался в феодальной зависимости, но имел право перехода от одного владельца к другому и мог иметь собственных лыгов и унавы. Потомков вольноотпущенника называли азатыж (аза- тыжв — «старый азат»).Так как феодальные отношения у абазин не успели достичь полного развития, то самым крупным по численности сословием было лично свободное крестьянство — тлякошао (тлакъвашвауа) или акавы. Но процесс шел в сторону закабаления тлякошао. Они обязаны были принимать участие в полевых работах «своей знати», поставлять ей определенную долю продовольствия, шерсти, дров и т. п.На низшей ступени класса феодалов стояли агмыста (аг1мыста). Это была мелкая знать, составлявшая свиту и вооруженную дружину князей и так называемых агмыстаду. У них были свои рабьт и крепостные, трудом которых они и жили. Агмыста пользовались правом свободного перехода от одного князя или агмыстаду к другому.Рангом выше были агмыстаду, т. е. большие агмыста. Они возглавляли отдельные селения, в которых не было князей, имели собственную дружину из агмыста и ничем, кроме внешнего почтения, не были обязаны князьям.Высшим сословием абазинского общества были князья — ахы (ах1ы), возглавлявшие отдельные племена. Дети от брака князя с женщиной из нижестоящего сословия не считались князьями, но составляли как бы особую прослойку. Когда кабардинские и бесленеевские князья подчинили себе ряд абазинских племен (около XVI в.), то князья последних были уравнены в правах не с князьями своих покорителей, а с нижестоящим сословием тлекотлешей.Как у большинства других пародов Северного Кавказа, у абазин сохранялись аталычество, куначество, кровная месть и т. д.К XIX в. господствующей формой семьи была малая семья, но встречались и большие семьи. Семейные отношения носили патриархальный характер, хотя в абазинском быту сохранялись и отдельные пережитки матриархата (например, почетная роль на свадьбах дяди по матери). Хозяйством руководил старший по возрасту мужчина — глава семьи. Обычай требовал беспрекословного подчинения старшему. Ему не только нельзя было противоречить, но даже высказывать свое мнение прежде, чем будет высказано мнение старшего. В его присутствии нельзя было сидеть и т. д.Женщина была полностью устранена от участия в общественных делах. Ей запрещалось прекословить мужу, отцу, брату, родителям мужа, есть за одним столом с мужчинами, переходить дорогу мужчине, хотя бы мальчику. Обычай умыкания невесты, калым, многоженство — все это свидетельства униженного положения женщины.8. Традиционная одежда.Традиционная одежда абазин-черкеска.Обязательным элементом одежды благородных (аристократических) абазинских мужчин было холодное оружие. Бешмет подпоясывался так называемым сабельным опоясьем, то есть кожаным поясом, украшенным медными и серебряными бляшками, к которому прикреплялся кинжал и сабля. Абазины носили кинжалы типа кама либо бебут, которые ко всему прочему имели функции оберега, использовались для исполнения разных обычаев и ритуалов.Из сабель, в зависимости от состоятельности владельца, предпочиталась сабля мамлюкского типа, либо килич (турецкая сабля), либо гаддарэ (иранская сабля). Элементом одежды всадника считался даже лук с колчаном для стрел.Абазины всегда при себе имели небольшой нож, который мог использоваться в бытовых целях, но который не был виден и потому не являлся элементом одежды. Абазины в XIЗнатный абазин.Свадьба в ауле Дарыква-кыт. Середина XIX века.Абазинка из знатных фамилий аула Бибаркт (соврем. Эльбурган).Девушка Химсада и князь Лоов. Конец XIX века. Молодая абазинка. Фотограф Ф. Ордэн. 1897г.ЗаключениеПроведенная мною исследовательская работа показала, что обычаи и традиции своего народа необходимо знать и помнить, для того чтобы не исчезло бесследно прошлое, чтобы наше подрастающее поколение знало свою культуру, обычаи, традиции, свой родной язык. Плох тот народ, который не помнит, не ценит, не любит свое истории. Буду надеяться на светлое и прогресс вере будущее своего народа. Список использованной литературы1. Мусукаев А.И. Об обычаях и законах горцев. Нальчик: Эльбрус, 1986. — 150 с.2. Бгажба О. Х., Лакоба С. З. История Абхазии с древнейших времен до наших дней. М. 2007.3. Смирнова Я.С. Семья и семейный быт народов Северного Кавказа. Вторая половина XIX-XX вв. М: Наука, 1983. 264 с.4. Смирнова Я. С. Традиции и инновации в развитии семейной обрядности (по материалам Северного Кавказа). М: Наука, 1973. 14 с.5. Смыр Г.В. Ислам в Абхазии и пути преодоления его пережитков в современных условиях. Тбилиси: Мецниереба, 1972. — 225 с.6. Смыр Г.В. О похоронно-поминальных обрядах абхазов. Сухум: Изда-тельско-полиграфическое объединение республики Абхазия, 2000.7. Смыр Г.В. Религиозные верования абхазов. Гагры: Историческое научное общество Абхазии им. Г. А. Дзидзария, 1994. — 32 с.8. Суханов И.В. Обычаи, традиции и преемственность поколений. М.: Политиздат, 1976. 216 с.9. Современный быт и культура народов Карачаево-Черкесии. Черкесск10. Свадебная обрядность у народов Карачаево-Черкесии: традиционное и новое. Черкесск: Карачаево-Черкесское отделение Ставропольского книжного изд-ва, 1988.11. Сборник документов по сословному праву народов Северного Кавказа 1793-1897 гг. Т. И. Составители: Х.М. Думанов, А.И. Мусукаев, А.А. Максидов. Нальчик: Эль-Фа, 2003. — 486 с.12. Цавкилов Б.Х. О традициях и обычаях. Нальчик: Эльбрус, 1961.- 68 с13. Чурсин Г.Ф. Материалы по этнографии Абхазии. Сухуми: Алашара, 1957.-180 с.14. Чурсин Г.Ф. Очерки по этнологии Кавказа. Тифлис, 1913. 189 с.15. Кунижева З.М. Семья и семейный быт // Абазины. Историко-этногра-фический очерк. Черкесск: Карачаево-Черкесское отделение Ставропольского книжного изд-ва, 1989. С. 156-164.16. Кунижева Л.З. Семейная обрядность // Абазины (Историко-этногра-фический очерк). Черкесск: Карачаево-Черкесское отделение Ставропольского книжного изд-ва, 1989. С. 164-181.17. Кунижева Л.З. Социально-нравственные аспекты некоторых традиционных обычаев абазин // Вестник КЧИГИ. Черкесск: Изд-во КЧИГИ, 2003.Вып. 2.-С. 70-74.18. Левкович В.П. Обычаи и обряды и их роль в совершенствовании семейных отношений // Социальные исследования. М.: «Наука», 1970. Вып.4.19. Лэнг Э. Становление религии // Мистика. Религия. Наука. Классикимирового религиоведения. М: «Канон», 1998. С.46-82.
